DataLife Engine > Политика > Метаморфозы: кто сегодня бьется за наши права?

Метаморфозы: кто сегодня бьется за наши права?

Метаморфозы: кто сегодня бьется за наши права?

Юрий Болдырев о тотальной «кьюар-кодизации» населения

Есть ли связь между приговором русскому националисту Юрию Екишеву, гонениями на «красного директора» и кандидата в президенты Павла Грудинина, попыткой отравления либерала и основателя целой структуры по выявлению и огласке масштабной коррупции Алексея Навального и последовавшим затем приговором и его тюремным заключением? А также принятием законов, ограничивших задним числом суверенное право гражданина России баллотироваться в органы государственной власти лишь на том основании, что он, своим рублем поддерживая те или иные анти-коррупционные расследования и их авторов, никоим образом не признанных на тот момент преступниками, оказывается, поддерживал «экстремизм и терроризм»?

Странными, скажем так мягко, результатами электронного голосования на выборах в Госдуму, радикально расходящимися с результатами на тех же округах голосования очного, и затем репрессиями в отношении выразивших несогласие с итогами выборов? Давлением на «Мемориал» (признано в России иноагентом — ред.) с угрозой полного запрета и, наконец, вводимой ныне тотальной «кьюар-кодизацией» населения страны? Означающей одновременно еще и фактическое введение сплошной насильственной обязательной для всех граждан России вакцинации. Точнее, до сих пор все еще не вполне понятной прививки от до сих пор равно не вполне понятной болезни.

Это все — разное? Или одно и то же?

Короткое отступление. Неоднократно приходилось мне уже и говорить и писать, что идеология (для нормального здорового человека) — это не догма, заданная раз и навсегда, независимо от времени и места. Все сложнее. Каждый человек имеет свое внутреннее сложное, изменяющееся в зависимости от времени и места и, при этом, всегда внутренне противоречивое мировоззрение. Кто в этом не признается — тот просто не хочет видеть мир во всей его сложности и противоречивости.

Идеология же — некоторое радикальное упрощение мировоззрения, выработка общего набора единых подходов и пониманий для объединения большого количества очень разных людей на основе каких-то ключевых для данного места и времени определяющих признаков и интересов, в конечном счете, для решения конкретной проблемы.

Проще: не стоит делиться на любителей воды и солнца. В пустыне всем нам хочется воды, а в болоте неплохо бы и солнышка. С некоторым уточнением: жажда воды может быть не столь выражена в пустыне у того, кто находится во дворце или автомобиле с кондиционером. Аналогично и стремление к солнцу в болоте не столь выражено у того, кто в тепле и сухости, а на болоте временно и в любой момент, при желании, может улететь в какой-то иной солнечный край…

Так и с нами — с нашим идеологическим разнообразием и устоявшимися стереотипами политической расстановки сил. Стремительно меняющаяся ситуация рушит все прежние стереотипы и неминуемо должна сделать вчерашних соратников противниками, а вчерашних непримиримых врагов — союзниками или, как минимум, попутчиками.

Если нас всех, независимо от мировоззренческих и политических предпочтений, бьют по голове одной и той же дубиной, то какие такие должны у нас быть политические разногласия для того, чтобы не попытаться тем, в чьих руках эта дубина, хоть что-то противопоставить совместно?

Но пока не получается. Обратите внимание на парадокс. Те, кто вчера по одним вопросам выступали, вроде, за свободу и права человека, сегодня вдруг поддерживают действия властей, явно идущие вразрез с этими самыми фундаментальными правами и свободами. В то же время, традиционные «государственники», всегда ставившие интересы социума (в том числе, в их официальной государственной трактовке) выше интересов отдельной личности, сегодня, в новой ситуации, становятся непримиримыми защитниками именно прав гражданина, личности, человека.

Как же это так случилось, что те, кто на протяжении многих лет позиционировали себя как сторонники свободы, а также заодно и, вроде как, научного мировоззрения, по какой-то объективно необъяснимой причине вдруг дружно стали поддерживать не только вакцинацию от короновирусной инфекции, но даже и те или иные формы принуждения к ней? Даже, казалось бы, очевидное наступление на базисное право личности самому решать, переболеть ли той или иной болезнью или заранее привиться от нее, их никоим образом не смущает. Подчеркиваю: это еще независимо от того, насколько прививка от той или иной болезни апробирована и практически доказано, что безопасна и эффективна.

Да, есть два отдельных важных вопроса, ограничивающих приоритетное право человека самому решать, как бороться или не бороться с той или иной заразой.

Первый. Если речь не о жизни моей собственной, но о жизни зависимого от меня человека. Так, вправе ли родители отказать ребенку, еще не способному к проявлению собственной воли, в прививке, которая спасет ему жизнь? Здесь и большинство людей, и законодательство большинства стран, вроде, сходятся к тому, что нет, не вправе. Но только применительно к конкретной короновирусной инфекции ведь совершенно не доказано, что привитые не заболеют и не умрут. Просто вероятность тяжелого течения болезни и смерти, как будто, снижается. Сколь весомо снижается? Убедительных научных данных пока явно недостаточно.

Если достоверных статистических данных недостаточно, осматриваемся вокруг.

Про побочные последствия прививок не говорю — об этом, точнее об отсутствии вообще публичного ведения у нас в стране достоверной статистики о побочных последствиях прививок убедительно пишет здесь же в «Свободной прессе» профессор В.Ю.Катасонов. Казалось бы, этого одного должно было бы быть уже достаточно для того, чтобы ни о какой кампании принудительной вакцинации не могло быть и речи. Во всяком случае, для ценителей свободы, прав личности и научного мировоззрения.

Добавлю к этому один важный факт: если «побочка» не так велика и опасна, то почему сразу было не пойти по пути государственного страхования от последствий очевидно насаждаемой именно государственной властью прививки?

Тем более, что доказать, что тот или иной ущерб наступил именно вследствие прививки, как известно, не так уж и легко. Но если прививка настойчиво централизованно всей мощью государственной власти навязывается, но страхование от ее возможных негативных последствий столь же централизованно государством не обеспечивается, то не означает ли это совершенно явный перекос в соотношении полномочий и ответственности государства по отношению к гражданину?

Характерен и метод действия властей по «просвещению» населения. Вместо наведения элементарного порядка в сборе и доведении до всеобщего сведения достоверных статистических данных о пользе или вреде вакцинации, вероятности и степени опасности побочных последствий и т. п., на нас поднимают очередную информационную дубину. И ею — всех наотмашь.

Вместо объективного информирования включается … реклама, выполненная по всем правилам, уж простите, наведения тени на плетень. Сам метод и схема работы этого продукта достойны того, чтобы его здесь описать. Вроде как, разоблачение «мифов» о вакцинации:

— Говорят, что вакцина опасна (например, для беременных).

— Но статистика этого не подтверждает, вот я, например (забеременела и вынашиваю)…

— Статистика — это я!

— Статистика сильнее мифов — вакцинируйтесь!

И как вам после удара такой дубиной по голове?

Главное: слушателям невдомек, что никакой статистики-то вовсе и нет, во всяком случае, ни малейшей отсылки к ней не приводится. Но в голове остается, что где-то точно слышал, что именно по статистике — все в порядке. А кто в такую «статистику» не верит — точно мракобес…

Можно ли поверить, что подобным методом, более похожим на, опять простите, втюхивание явной тухлятины, нам стараются сделать что-то хорошее?

Но обратим внимание и на другой вопрос: при всей возможной небезопасности (не зря же власти отказывают нам в страховании от последствий прививки), тем не менее, а польза-то вообще есть ли?

Вот есть человек, послушный всей мощи государственной воли и дешевой телерекламе. Дешевой — не в том смысле, что за рекламу мало заплатили. Подозреваю, что очень и очень много, но просто в итоге получилась явная дешевка.

Так защищает ли прививка такого человека на самом деле? У каждого из нас есть личный опыт. Знакомые, как тяжело перенесшие прививку или даже скончавшиеся после прививки (но нам ответят, что «после» не означает «в результате»), так и переболевшие, уже будучи привитыми. Но говорим не об отдельных, возможно, надуманных историях, которые то ли были, то ли не были, а только об известных людях и связанных с ними фактах, ставших публичными.

Летом скончалась от короновирусной инфекции заведующая одной из кафедр юридического факультета МГУ. Она была привита и, более того, верила в силу прививки и, как рассказывают друзья и коллеги, даже пропагандировала прививку. Правда, с момента прививки и до момента ее смерти, вроде, прошло около полугода. По логике властей, вводящих сейчас, по сути, принудительную вакцинацию, сама виновата — должна была вовремя ревакцинироваться? Хотя изначально, когда вакцину только вводили, официально обещали защиту, как минимум, на два года, затем, не менее, чем на год…

Более того, только что, буквально, сегодня 20 ноября, когда я пишу эту статью, сообщили о смерти от короновирусной инфекции известного артиста. В сообщениях о его смерти вынуждены были оговаривать, что по данным его родных ушедший был привит, причем сравнительно недавно — летом текущего года. То есть, полгода, через которые теперь требуется ревакцинация, явно еще не прошло.

Правда, нам говорят, что заболевающие и умирающие привитые — на самом деле, вроде как, не вполне привитые. Более того, руководитель института, разработавшего нашу основную прививку, тут заявил, что есть гарантированная возможность установить, привился ли человек на самом деле, или же вакцинация была лишь имитирована. Якобы существуют некие «маркеры», по наличию которых в крови человека факт прививки или ее отсутствия можно установить достоверно.

Вот тут бы и всполошиться всем истинным поборникам прав человека: какие такие маркеры в нашей собственной крови, о которых нас никто не предупреждал? Из чего они состоят, сколь долго в организме пребывают и почему из него не выводятся — насколько они безопасны для здоровья? И кто эту безопасность и каким образом гарантирует?

Вроде, пошли на попятную, мол, нас не так поняли…

Так есть маркеры или нет?

Если есть, то налицо явный обман и злоупотребление доверием. Под видом вакцинации в нас вводят нечто неизвестное, каким-то неизвестным нам образом нас маркирующее?

Если же на самом деле нет никаких маркеров, а директор института, разработавшего вакцину, сболтнул явную глупость, то как ему — чуть ли не главному разработчику и пропагандисту вакцинации — вообще можно доверять? А, значит, и всему, что он и его подручные говорили раньше и еще будут говорить далее…

Наконец, если продолжаем говорить о недопустимости своим «мракобесием» (недоверием не науке вообще, но конкретным противоречивым и явно неполным предоставляемым нам сведениям) лишения защиты зависимого от нас ребенка, так эта болезнь специфична именно тем, что затрагивает, прежде всего пожилых, как минимум, взрослых.

Соответственно, вопрос о защите таким образом детей — практически не актуален. Что же касается столь же беззащитных и порой не исчерпывающе самостоятельно дееспособных стариков — это и на самом деле проблема. Но, в силу ограниченности официальной подтвержденной информации и противоречивости наблюдаемой нами самими практики, явно не имеющая однозначного решения.

И вопрос второй. Если речь не о нашем собственном здоровье, но об опасности распространения нами опасного вируса. Да, общество вправе защищаться, ограничивая контакты переносчиков болезни со здоровыми людьми. Но только применительно к конкретной короновирусной инфекции ведь совершенно не доказано, что привитые (способные после прививки и заболеть и даже умереть) распространяют вирус меньше, чем не привитые. То есть о главном — об общественной опасности отказа от прививки — нет данных никаких вообще.

Но если по ключевому вопросу о степени общественной опасности, внимание, не больного, а именно не привитого (по сравнению с привитым), нет никаких убедительных данных вообще, то как можно соглашаться с какими бы то ни было принудительными мерами?

Не сходятся концы с концами и в вопросе о соотношении степени защищенности от болезни (и, главное, от распространения короновируса) человека, получившего вакцину и переболевшего.

В частности, чем, какими научными теоретическими и практическими исследованиями и их результатами обосновывается приравнивание иммунитета человека переболевшего и человека привитого? Где статистика (только, пожалуйста, подлинная, а не из рекламной дешевки, что «статистика — это я!») заболеваемости повторной среди тех, кто один раз уже переболел?

Случаи не только заболевания с тяжелым течением, но и смертельного исхода среди привитых налицо. Привел выше два свежих примера даже и среди известных людей. А случаи повторного заражения и, тем более, смерти при повторном заражении? Мне ни один такой случай пока не известен.

Наконец, а где статистика случаев заболевания людей переболевших, но затем согласившихся еще и на прививку? Где гарантия, что иммунитет, скажем так, сравнительно искусственный, неполный (по сравнению с естественным иммунитетом от перенесенного заболевания), получаемый от прививки и требующий затем реиммунизации, не нарушает, не ослабляет иммунитет естественный, выработанный после реальной болезни? Иначе говоря, где доказательства, что прививка после перенесенной болезни полезна, а не прямо вредна?

Но тогда с какой стати от переболевших требуется прививаться? С какой стати переболевшие, уверенные в своем уже буквально выстраданном иммунитете, должны подвергать себя совершенно ничем не обоснованному риску? И с какой стати их теперь поражают в правах, включая право на работу, а значит и на саму жизнь?

Казалось бы, изложенное — самая основа базисных представлений и об элементарных правах человека и их соотношении с нынешней российской практикой, и о доказательности в сфере защиты населения от инфекционных заболеваний, без которой принятие каких-либо насильственных мер, включая фактически принудительную тотальную иммунизацию - абсолютный произвол и самодурство.

Но вот беда: почему-то на подобной или близкой позиции в бОльшей степени оказались лишь классические государственники — левые и национал-патриоты. Традиционные же борцы, вроде, за свободу и права человека, тем не менее, в нынешней ситуации никаких противоречий и нарушений основополагающих прав и свобод не видят.

…Как, впрочем, не увидели они проблемы и в лишении России суверенитета, кстати, кем там именно? Это я возвращаюсь к своей предыдущей статье «Нидерланды лишили Россию суверенитета?». Что называется: «Скажи мне, кто может лишить тебя суверенитета, и я скажу тебе, кто ты»…

Да, как бы ни было жизненно важно нам найти способ объединиться и хоть что-то противопоставить нарастающему произволу, да еще и по сути своей произволу не идейному, а чисто и даже чрезвычайно корыстному, тем не менее, пока не все борцы за свободу видят несвободу в насильственном и совершенно необоснованном подчинении нас внешней юрисдикцию, а также несвободу в насильственном подчинении нас совершенно необоснованной и вздорной воле наших правителей, причем в вопросе самой нашей жизни, как минимум, здоровья.



Вернуться назад